Чтобы сбросить пароль, введите адрес электронной почты или имя пользователя ниже

«Рано списанные»: как коронавирус повлиял на правых популистов в Европе?

Пандемия коронавируса повлияла на многие сферы жизни общества, включая здравоохранение, экономику и политику. После первой волны COVID-19 эксперты заговорили о падении рейтингов правых популистов в странах Европы, которые оказались некомпетентны во время серьезного мирового кризиса. В особенности это мнение укрепилось после поражения Дональда Трампа на президентских выборах в США в ноябре 2020 года. Но так ли это на самом деле, и могут ли правые популисты изменить ситуацию в будущем?

Консерваторы и скептики

Говоря о таком политическом течении, как «правый популизм», необходимо для начала раскрыть его основную суть. Правый популизм – это политическая стратегия, которая предполагает использование политиком правых идей вместе с популистской риторикой. Правые политики-популисты отстаивают «традиционные ценности», выступают против массовой миграции и обращаются к националистическим идеям. Зачастую они предлагают простые решения для сложных проблем, давят на эмоции своих избирателей и громко критикуют «элиты» государства, отделяя их от «народа», «гласом» которого популисты себя позиционируют.

В своем противодействии массовой миграции правые популисты выступают за ограничение потока беженцев и, в особенности, представителей исламских стран, а также продвижение доминирующей национальной культуры, которая бы заставляла мигрантов адаптироваться к ценностям тех стран, куда они приехали. Они поддерживают австралийскую миграционную модель, в рамках которой приоритетное право на въезд в страну принадлежит тем, кто обладает высокой квалификацией, то есть выгоден для этого конкретного государства.

Говоря о проблеме массовой миграции, правые популисты выстраивают дихотомию «мы – они». В данном случае они отделяют «народ» не только от элиты, которая «узурпировала» власть, но и противопоставляют «коренных» жителей страны приезжим, прежде всего, мусульманам.

Эксперты связывают возникновение и распространение правого популизма в Европе с внешними кризисами, которые поразили континент в последнее десятилетие. Прежде всего, речь идет о финансовом кризисе 2008 года, который вывел на передний план недовольство единой еврозоной и экономическим неравенством. А миграционный кризис 2015-2016 годов, связанный с огромным потоком беженцев и нелегальных мигрантов в государства Евросоюза, привел не только к скептицизму в отношении наднациональных структур управления ЕС, но и к росту опасений потери идентичности, поскольку многие «коренные» европейцы стали серьезно бояться того, что их национальные ценности будут «размыты» приезжими с совершенно иными религиозными и культурными идеалами.

Мигранты идут по территории Словении в сопровождении полицейских, 2015 год

Именно на этой волне скептицизма и недовольства правые популисты начали завоевывать все большую популярность, и им удалось прийти к власти в ряде стран Европы. Так, премьер-министром Венгрии в 2010 году стал лидер партии «Фидес» Виктор Орбан, известный своим правым консерватизмом и авторитарными тенденциями. А в Польше в 2015 на пост президента был избран Анджей Дуда, представляющий партию «Право и справедливость» – евроскептиков и национал-консерваторов.

Другими примерами правых популистских партий выступают Австрийская партия свободы (АПС), «Альтернатива для Германии» (АдГ), французское «Национальное объединение», а также итальянская «Лига Севера». Общим для этих политических объединений являются национально-консервативная идеология, евроскептицизм и борьба против массовой миграции. Также некоторые из этих партий, например, «Национальное объединение» и АдГ выступают против антироссийских санкций и за сотрудничество с Москвой.

Однако между правыми популистами разных стран есть и противоречия. Например, в отличие от того же французского «Национального объединения», польская партия «Право и справедливость» использует антироссийскую риторику и поддерживает санкции против Москвы. Поэтому правые популисты представляют собой неоднородное политическое течение с разными национальными корнями и целями.

Избрание Дональда Трампа президентом США в 2016 году серьезно повлияло на положение правых популистов в Европе. Во главе мирового гегемона встал их союзник, разделяющий схожие убеждения и проводящий похожую политику. У правых популистов появился тот, на кого можно было ориентироваться и опираться, и их популярность находилась на подъеме. Но затем в Европу проник коронавирус.

Потери и приобретения

Попав в страны Европы в 2020 году, пандемия коронавируса нанесла серьезный удар по многим аспектам жизни общества, включая экономику и политическую сферу. Что касается правых популистов, то на фоне пандемии они начали терять популярность среди населения.

YouGov-Cambridge Globalism Project, опрос общественного мнения, охвативший около 26 тысяч человек в 25 странах, показал более или менее резкое снижение популистских тенденций в 2020 году в восьми европейских государствах, жители которых поучаствовали в нем. Опрос проводился в июле и августе 2020 года в Великобритании, Дании, Польше, Франции, Германии, Италии, Испании и Швеции.

Как сообщает издание The Guardian, опрос выявил снижение поддержки популистских заявлений, которые исследователи используют для измерения поддержки популизма в целом. Например, меньшее количество людей согласилось с утверждением, что «влияние нескольких заинтересованных особ мешает нашей стране двигаться вперед».

В некоторых европейских государствах это снижение было довольно значительным по сравнению с показателями такого же опроса, проведенного в 2019 году. Так, в Дании поддержка популизма снизилась с 33% до 22%, в Великобритании – с 63% до 54%, в Германии – с 57% до 48%, и во Франции – с 72% до 64%.

Снижение поддержки популистских убеждений отразилось и на политических партиях. По результатам других опросов, это коснулось таких ведущих праворадикальных популистских политических сил, как «Лига Севера», «Альтернатива для Германии» и Шведские демократы, популярность всех из которых снизилась на фоне пандемии.

По мнению политического социолога и эксперта по популизму Маттейса Рудуйна, такое падение связано с тем, что в период пандемии европейцы стали больше доверять науке, политикам и экспертам, поскольку создалось впечатление, что только они могут справиться с проблемой. У граждан европейских стран возникло мнение, что глобальный кризис в области здравоохранения – это не лучшее время для того, чтобы «вернуть власть народу», к чему зачастую призывают популисты.

Кроме того, эксперт считает, что популистские партии пострадали из-за эффекта «сплочения вокруг флага», в рамках которого граждане поддержали действия правительств. А популярность правых радикалов снизилась, так как они не смогли выстроить последовательную политику насчет того, как бороться с вирусом, меняя мнение насчет локдаунов и закрытия границ.

По мнению же директора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Тимофея Бордачева, правые популисты зачастую напирают на вопросы, важные для мирного времени (массовая миграция, традиционные ценности), но которые не слишком работают в момент глобального кризиса. Поэтому их идеям попросту уделялось гораздо меньше внимания, чем до пандемии.

Однако эти выводы оспаривает исследование американского университета Джорджии. Американские ученые говорят о том, что неправильная реакция на пандемию коронавируса была скорее характерна для действующего президента Соединенных Штатов Дональда Трампа, который во многом из-за не проиграл выборы Джо Байдену в ноябре 2020 года. В отличие от него, реакция европейских правых на эту проблему была разной, в зависимости от того, какое положение в политической системе занимает та или иная их партия.

Так, итальянская «Лига Севера», которая находится в оппозиции, с самого начала рассматривала коронавирус как серьезную угрозу и требовала от властей решительных действий. Но после того, как от пандемии в наибольшей степени пострадал именно север Италии, где представители «Лиги» составляли региональную власть, риторика партии изменилась в сторону уменьшения опасности вируса.

Другой пример – это «Альтернатива для Германии», которая не входит в правительство и не занимает серьезных позиций в региональной власти. Она с определенными оговорками повторила путь «Лиги Севера». Сначала представители АдГ критиковали власти Германии за слишком, по их мнению, медленную реакцию на вспышку пандемии. Но затем они перешли уже к критике ограничений, введенных для борьбы с COVID-19, называя их «неконституционными» и «антидемократическими». Немецкие популисты не раз говорили, что самой большой жертвой пандемии стала свобода слова.

В то же время правые у власти (Польша и Венгрия) повели себя совершенно по-иному. Они раскритиковали левую оппозицию, которую обвинили в подрыве борьбы против вируса, и ввели жесткие ограничения, в том числе и расширив собственную власть. Например, в Венгрии парламент 30 марта 2020 года поддержал расширение полномочий правительства Виктора Орбана на неопределенный срок в связи с пандемией. Действия венгерского премьера были подвергнуты критике со стороны Европарламента и Совета Европы.

Кроме того, если проанализировать результаты опросов общественного мнения, то выяснится, что далеко не все из европейских крайне правых потеряли популярность. А некоторые, наоборот, даже усилили свои позиции.

Так, поддержку утратила итальянская «Лига Севера», чей рейтинг в течение 2020 года снизился с 32% до 24%. Кроме нее, это произошло с «Альтернативой для Германии» (с 13% до 11%), венгерской «Фидес» (с 50% до 47%) и польской «Право и справедливость» (с 42% до 36%). Кроме того, немного снизилась популярность лидера французского «Национального объединения» Марин Ле Пен (с 27% до 25%).

Однако, из 31 правой популистской партии в Европе в той или иной степени потеряла популярность только половина. Причем в среднем потеря электората была незначительной (около 1%).

Здесь все снова зависит от того, какое положение в политической системе занимает та или иная партия. Серьезные потери понесли популисты у власти, однако в случае Венгрии и Польши «Фидес» и «Право и справедливость» все еще остаются наиболее популярными политическими силами в обеих странах. Более того, в июле 2020 года кандидат от партии «Право и справедливость» Анджей Дуда был переизбран на пост президента Польши с результатом 51,03%. То есть говорить о потере правыми популярности можно лишь с большой натяжкой.

Президент Польши Анджей Дуда

Правые партии, которые входят в правящие коалиции, понесли наибольшие потери во время второй волны коронавируса, но никак не пострадали в первой. А оппозиционные правые, наоборот, пострадали в период первой волны, но смогли восстановить позиции к декабрю 2020 года.

Более того, некоторые европейские популисты даже усилили свои позиции. Например, партия «Братья Италии» (националисты и евроскептики), повысила свой рейтинг с 9-10% в 2019 году до 16-17% в 2020-м.

В результате можно сделать вывод, что европейские правые популисты хоть и понесли потери на фоне пандемии коронавируса, они не потеряли свой электорат и в целом сохранили позиции. В связи с этим поражение Дональда Трампа на президентских выборах в США является скорее исключением из правил, причиной которого выступают именно его ошибки на посту главы государства, и оценивать популистов в Европе через призму этого факта не стоит. Более того, вторая волна пандемии предоставляет им возможность для нового увеличения популярности.

Трансформация популизма

Вторая волна коронавируса, которая вовсю развивается сейчас, вполне может привести к подрыву того экспертного нарратива, который используют правительства европейских стран. А возобновление карантинов, в свою очередь, вызывает сомнения в способности властей контролировать вирус. Опросы общественного мнения показывают, что население Европы все еще поддерживает эти жесткие меры, но эта поддержка снижается и может уменьшиться еще больше из-за продолжительности и строгости ограничений.

Протесты против локдаунов усиливаются, и недовольство людей способно привести к выступлениям против «элиты», которые радикальные правые популисты могут использовать для поднятия своего рейтинга. В частности, в Великобритании Найджел Фарадж трансформирует свою евроскептическую Партию Брексита в «партию против локдаунов». В результате пандемия вместо того, чтобы положить конец европейскому популизму, может, наоборот, оживить его как «движение против локдаунов».

Не стоит забывать и о том, что появление правых популистов во многом стало реакцией на мировой финансовый кризис 2008 года. А в настоящий момент мировая экономика столкнулась с одним из самых серьезных вызовов за всю историю XXI века.

По прогнозам Международного валютного фонда (МВФ), в 2020 году мировая экономика сократится на 4,4%. Стоит напомнить, что ее падение после финансового кризиса 2009 года составило 1%.

Сильнее всего от экономического кризиса страдают те, кто беднее. Именно к ним и обращаются популисты, настраивая их против «истеблишмента». А в случае, если правительства европейских государств повторят ошибки, сделанные ими во время предыдущего кризиса, и преждевременно перейдут к жесткой экономии в ущерб тем, кто пострадал из-за последствий пандемии, то это может стать подпиткой для всех популистов, выступающих против «элит».

Кроме того, проблемы, к которым обращаются правые популисты (миграция, традиционные национальные ценности), никуда не исчезли. Они лишь временно отошли на второй план перед пандемией. Однако теракты во Франции и Австрии, произошедшие осенью 2020 года, говорят о том, что проблемы массовой миграции, наличия у приезжих совершенно иных религиозных и культурных ценностей, и терроризма в Европе все еще существуют, несмотря на COVID-19. Эти проблемы вновь стали актуальными, и правые популисты, предлагающие простые решения для них, вполне могут увеличить свою популярность среди избирателей.

Нужно добавить, что правые популисты вовсе не представляют собой единое политическое движение, у каждой из их партий есть свои местные корни. Некоторые политические силы, вроде французского «Национального объединения» или итальянской «Лиги Севера», выделяются своим негативным отношением к мигрантам из южных стран-соседей Евросоюза. Другие, в особенности на севере Европы, тоже выступают против массовой миграции, но они также не хотят делиться своими деньгами с другими членами ЕС, выступая за возвращение полномочий от общеевропейского на национальный уровень (даже если они не обязательно хотят идти по пути Великобритании).

Третьи же, в особенности на востоке Европы, позиционируют себя в качестве защитников традиционных ценностей от «разложения Запада». Это часто подразумевает ущемление прав женщин и неприязнь к сексуальным меньшинствам, которые недопустимы для их западных коллег. Есть и такие, как испанская партия «Vox» («Голос»), которые выступают не столько против единой Европы, сколько против региональных движений (каталонские сепаратисты) в своих собственных государствах, хотя они тоже борются против миграции.

Лидер испанской партии «Vox» Сантьяго Абаскаль

Наконец, разные правые партии вступают в союзы с движением против прививок, Римско-католической церковью и Россией. Все это делает правый популизм очень гибким политическим течением, неотделимым от национальных ценностей той или иной европейской страны, и способным меняться в зависимости от них.

Первым большим тестом для европейского популизма станут парламентские выборы в марте 2021 года в Нидерландах, одной из стран, где правые радикалы смогли добиться наибольшего успеха. Если правые популисты выстроят свою предвыборную кампанию вокруг евроскептицизма и противодействия локдаунам, то они вполне могут увеличить свой рейтинг.

В этом случае можно будет сказать, что пандемия не только не уничтожила правый популизм в Европе, но и дала ему необходимый импульс для того, чтобы измениться и усилить свои позиции.

Автор публикации

Комментарии: 16
Публикации: 66
Регистрация: 08.10.2019